1 1 1 1 1 1 1 1 1 1 Рейтинг 0.00 (0 Голосов)

Споров по выбору конструкции канала до принятия окончательного решения было много, немало поломано копий...
Прежде чем Госплан СССР принял решение, состоялось множество разных технических советов, экспертиз, консультаций. Предлагались и рассматривались различные варианты: и перекачка воды по трубам — но трубная промышленность страны не могла дать труб, способных обеспечить подачу требуемого объема воды... И всё же остановились на варианте строительства канала в открытом грунте, чтобы с помощью каскада гидроузлов мощными насосными станциями, как по ступенькам лестницы, поднять воду на полкилометра от уровня Иртыша.

 

После принятия окончательного решения встал вопрос: кто будет строить?
Естественно, что ни в Павлодарской области, ни тем более в зоне будущей трассы не было подразделений, способных вести это строительство. Всё нужно было начинать с нуля: создавать трудовой коллектив, строить жилье, промышленные объекты, то есть создавать инфраструктуру, с которой можно было начинать строительство основных сооружений. Нужна была специальная техника, которая в Союзе не выпускалась. Нужна была — хотя бы как первооснова — обладающая каким-то опытом строительства подрядная организация...

Искать особо было не из кого. Союзное министерство, которому поручено было строительство канала, остановилось на строительном управлении Иртышгэсстрой, которое к тому времени завершило строительство Бухтарминской ГЭС.

Но инженерно-строительный коллектив его уже распался. Техника, люди массово перебрасывались на другие стройки — в то время их хватало. Это и Братская ГЭС, и Саяно-Шушенская, и Иркутская...

К тому же техника, которой располагал Иртышгэсстрой, была непригодна для сооружения объекта совершенно иного типа, нежели гидростанция.
Там — статичная строительная площадка, насыщенная электроэнергетикой, которая в основном ведет бетонные работы. Канал — совсем другое. Это степь, отсутствие дорог, линий электропередач. Это огромная ленточная площадка, требующая большого количества транспортных ресурсов...

 

Требовалась совершенно иная техническая оснащенность... Ничем этим Иртышгэсстрой не располагал.
И когда остатки строительного управления Иртышгэсстроя перебазировались в поселок Калкаман Павлодарской области, оно представляло жалкое зрелище: полуразбитая техника, маломощные экскаваторы, нехватка людей, жилья... Всё нужно было, как уже отмечалось, создавать заново: строить дороги, подъездные пути, чтобы можно было принимать грузы — складские помещения для этих грузов, заводы, жилье для рабочих. Поэтому первые годы строительство собственно канала не велось, только как бы подкрадывались к нему. Пока же главные усилия были направлены на строительство инженерной инфраструктуры. Начиналась стройка нервозно. Вскорости умер первый ее начальник — Инюшин. Скончался в Москве после одного из бурных технических
советов, на котором обсуждались варианты строительства канала. Назначили другого — бывшего начальника строительства Братской ГЭС.

 

В общем, стройка рождалась в муках.
Опыт приобретался путем проб и ошибок. Были испробованы почти все способы ведения земляных работ: и роторные траншейные экскаваторы, и дизельные экскаваторы, и скреперы, попытки прокладывать русло методом направленных взрывов... Шел широкий поиск, с ним приобретался опыт...
.. .Всё это происходило на глазах управляющего трестом Павлодарводстроя.
После, вспоминая сложнейшие обстоятельства со строительством канала, Полежаев пришел к убеждению, что верховные власти, да и не только они, как правило, поначалу дело делать станут — после думать, а так ли и то ли делают...
Вот и реформы девяностых годов... Народ считал, что всё идет по четко разработанному плану. Всё на семь раз обмерено, просчитано. На самом деле вся эта перестройка зачиналась и шла методом тычков: туда ткнутся — не получается, сюда — еще хуже.
Экспериментировали.

 

То же было и с каналом.
Развертывание такой крупной стройки началось без опыта, точных расчетов, без специальной техники, — «езда в незнаемое».
Многие специалисты не могли перестроить свои навыки.. . ломались люди, ломалась техника, малопригодная для такого строительства.

...Когда Гукасов предложил Полежаеву возглавить строительство канала Иртыш-Караганда, последний сравнительно хорошо представлял себе все проблемы стройки, тем более, что на его долю выпадало завершение первой очереди канала и начало строительства новой трассы: Караганда-Джезказган.

Это был более сложный участок: мелкосопочная полупустыня с каменистым грунтом, перемежающаяся в низинах лессовыми отложениями (тонкий однородный легкий суглинок, состоящий из пылевых и илистых частиц). Стоило машине, даже легковой, раз проехать по лессу — хрупкая поверхностная корочка разрушалась, в воздух поднималась тонкая, почти безвесная пыль и долго густым туманом висела в воздухе, забивая воздушные фильтры моторов, выводя их из строя.
Кроме того, было множество не природных, но не менее мучительных проблем, требующих немедленного разрешения. На первом месте стоял так называемый человеческий фактор.

Весь коллектив, особенно аппарат центрального управления, был разболтан до предела: просто никто не работал.

Когда новый начальник впервые проезжал по трассе, изумлению его не было предела: он не увидел ни одного работающего экскаватора. Все стояли по разным причинам: один без электроэнергии, у другого лопнула станина, у третьего тросов нет, у четвертого еще что-то...

Люди месяцами не получали заработной платы. (Первый опыт по невыдаче ее Полежаев встретил не в девяностых годах здесь, в Омске, а в семидесятых в Казахстане).
Почти всё нужно было восстанавливать заново. Самое главное — это создать работоспособный коллектив. Его здесь не было, была какая-то разношерстная толпа, погрязшая в коррупции, воровстве...
Люди, в том числе специалисты, руководители подразделений и главного управления занимались личными меркантильными делами, а продавать было что...

 

Когда в разговоре — вскоре после его назначения начальником строительства канала — прилетевший к нему Эрик Христофорович Гукасов спросил, как у него складываются взаимоотношения со специалистами, Полежаев выложил всё начистоту.

Гукасов, знающий обстановку на стройке лучше вновь назначенного начальника (он часто бывал на ней) сказал без обиняков:
— Леонид, пока ты паразитирующую кодлу не разгонишь — почти всё свое ближайшее окружение, — они тебе работать не дадут.

Легко сказать: разгони. Это же люди... И потом надо искать каких-то других.
Тем не менее начальник строительства принимает очень непростое и нелегкое решение.
Пригласил главного инженера, заместителя начальника финансового управления, бухгалтера, начальника отдела кадров, других «достойных» изгнания специалистов и со словами: «Я в вашей «помощи» больше не нуждаюсь!» — раздал им трудовые книжки.
Сама по себе такая решительность нового начальника их ошарашила. Радикальный, бескомпромиссный поступок его не оставил у них шансов (надежды) на то, что и при новом руководителе всё пойдет по-старому. О себе они тоже, вероятно, подумали и поняли, что виноваты непростительно, что действительно не работники больше здесь.

Добавить комментарий

Защитный код
Обновить