1 1 1 1 1 1 1 1 1 1 Рейтинг 1.00 (1 Голос)

Иван Андреевич Кибаль родился в 1922 году на станции Исилькуль Исилькульского района Омской области в семье оюелезнодорожного рабочего. В 1938 году вступил в комсомол. В июне 1941 года окончил Исилькульскую среднюю школу, а в августе уже вступил в бой с гитлеровскими захватчиками на Воронежском фронте огне-метчиком. Потом был заместителем политрука, заместителем командира роты по политчасти, комсоргом полка, заместителем командира батальона по политчасти.

После тяжелого ранения — помощником начальника политотдела 2-го гвардейского минометно-артиллерийского училища по комсомолу Западно-Сибирского военного округа. С 1943 года член КПСС. Трижды тяжело был ранен. Награжден: орденами Ленина, Красного Знамени, тремя орденами Красной Звезды и несколькими медалями.

10 января 1944 года Указом Президиума Верховного Совета СССР за героизм, проявленный в боях, за отлично организованную комсомольскую работу в полку, за форсирование Днепра — присвоено высокое звание Героя Советского Союза.

В 1953 году окончил Военную академию им. AT. В. Фрунзе. В настоящее время полковник Кибаль продолжает служить в рядах Советской Армии.

 

 

В 1942 году в районе станции Лиски рота, в которой служил Иван Андреевич Кибаль, несколько дней не могла продвинуться вперед. Каждую ночь на правый берег Дона переправлялись разведчики с задачей взять «языка». Многие не возвращались. Подобрав семь добровольцев, Кибаль сам отправился в разведку. На его счету были снятые часовые, доставленные «языки». При прорыве обороны противника в одном из боев, ведя огонь из миномета, он уничтожил 150 гитлеровцев.

 

В боевой характеристике тех дней значится «Бесстрашен, хладнокровен, ловок, меткий стрелок».

Кибаль понимал, что это особое задание. Незаметно подобрались разведчики к кромке берега и стали наблюдать за видневшимся блиндажом на противоположном берегу, где было намечено взять пленного.

Перестав обстреливать реку, гитлеровцы вдруг перенесли огонь на левый берег, точно почувствовали, что здесь укрылась горсточка советских разведчиков. К счастью, снаряды не задевали смельчаков. Наступившая темнота помогла выйти на прибрежную полосу и найти спрятанную в камышах лодку. Бесшумно гребли разведчики по тихой воде. Лодка достигла уже середины, когда фашисты принялись вновь засыпать реку минами. В носовой части лодки образовалась пробоина, и в нее хлынула вода. Солдат Девяткин пилоткой заткнул пробоину. Остальные, не сбавляя темпа, продолжали грести. Впереди была сложная задача: подобраться к блиндажу незаметно.

 

Тихо выбрались на берег. Ползти с автоматом и гранатами по изрытой воронками земле было очень трудно. Кибаль полз впереди и наткнулся на провод, который шел в блиндаж. Поползли вдоль провода. В нескольких шагах от блиндажа увидели узкую полосу света, выбивавшуюся из двери. Внезапно дверь открылась. На пороге стоял немецкий солдат. Луч карманного фонаря осветил разведчиков, гитлеровец окликнул их. Мгновенно оценив обстановку, Кибаль сразил фашиста автоматной очередью. Немцы, выскакивая из блиндажа, стреляя наугад, падали под меткими выстрелами разведчиков.

Швырнув гранату, Кибаль первым бросился в блиндаж. За ним последовал его земляк Девяткин. Осветив блиндаж, они увидели прислонившегося к стене гитлеровца. Выволокли его из блиндажа. Командир дал сигнал отхода. Враг ожесточенно обстреливал подступы к реке. Чем ближе приближались к спасительному обрыву, тем больше тревожился Кибаль о товарищах, теперь было бы особенно обидно потерять кого-нибудь из них. Наконец добрались до обрыва. Один за другим поползли вперед повеселевшие разведчики. Командир торопил солдат, скоро начнет светать и тогда переправиться будет невозможно. Погрузили в лодку раненого товарища и, втащив туда пленного гитлеровца, поплыли. Кибаль дал сигнал своим.

 

Фашисты, ведя огонь, освещали реку ракетами. Разведчики пережили несколько очень опасных минут. Но вскоре артиллерия и минометы с советского берега открыли ответный огонь по врагу. Лодка быстро скользила по воде, счастливо минуя встающие то за кормой, то за бортом грозные водяные смерчи. С разгона лодка врезалась в долгожданный берег. Боевое задание было выполнено.

И опять бои. Юго-западнее станции Лиски, в небольшом хуторе засели гитлеровцы, превратив его в сильно укрепленный пункт. Ночью, заняв боевой порядок, бойцы роты лейтенанта Кибаля вкопали в землю минометы. Пехота несколько раз поднималась в атаку, но продвижению ее препятствовал интенсивный огонь фашистов. Выход один — стянуть ближе к хутору артиллерию и минометы и стрелять с небольшой дистанции прямой наводкой. Был получен приказ: выдвинуть три миномета на окраину хутора и с рассветом бить по немцам в упор. В небе стояло огненное зарево от горевших построек хутора.

 

Под прикрытием огня дальнобойной артиллерии Кибаль с бойцами установил три миномета, пулеметы и противотанковые ружья на огневые позиции в 300— 400 метрах от окраины хутора. Взяв с собой пулемет, он пополз вперед и занял наблюдательный пункт. Отсюда видны были огневые точки противника, хорошо просматривалась дорога, по которой шли вражеские автомашины с пехотой. Кибалю удалось установить места расположения немецких пулеметов, которые приковывали советских пехотинцев к земле. В двухстах метрах, за разрушенным домом, он увидел стрелявшие немецкие минометы. От хутора тянулась колонна автомашин.

«Стрелять по колонне. Задержать во что бы то ни стало!» — приказал командир и бросился к миномету, который еще не успели как следует установить минометчики, и сам навел его. Туда же навели второй и третий минометы. Грянули три залпа. Мины точно легли в цель. В окне чудом уцелевшего от пожара дома Кибаль ясно увидел пулемет, из которого вели огонь фашисты. «Бить по дому!» — скомандовал он. У правофлангового миномета разорвалась немецкая мина. Командир миномета упал. Наводчика взрывом отшвырнуло в сторону, но он тут же вскочил и снова прирос к прицелу.

 

Когда пламя охватило дом, Кибаль перенес огонь двух минометов на минометную батарею немцев, а третий направил вдоль дороги по автоколонне. Бронебойщики подбили головную машину, она загородила путь остальным. Пехота выскакивала из машин, в панике рассыпалась по полю, ее настигали огнем наши пулеметчики.

Наконец долгожданное мощное «Ура!» грянуло в предутреннем рассвете. На окраину хутора ворвалась наша пехота. В панике фашисты, побросав минометы, бежали прочь.

Через час хутор был занят.

 

За этот бой Иван Андреевич был награжден орденом Красной Звезды. Во время боя под городом Богодуховом был убит командир батальона, политрук роты Кибаль принял на себя командование и с честью выполнил поставленную боевую задачу. Заняв северную окраину города Богодухова, отразил три яростные контратаки гитлеровцев. Батальоном было уничтожено более 230 солдат и офицеров противника, захвачены большие трофеи, пленные.

В дни боев на Курской дуге Иван Кибаль был избран комсоргом полка. Пламенным большевистским словом и личной храбростью воодушевлял он комсомольцев. В боях за рощу Керосиновщина в районе Великого Исторона, один из наших батальонов попал в окружение. Находясь в этом батальоне, Кибаль заменил выбывшего из строя командира, занял круговую оборону и, бросившись в контратаку, вывел батальон из окружения.

 

Однажды ночью во время марша в колонну полка вклинились немецкие танки, а за ними — мотопехота. Иван Кибаль с двумя радистами и пятью автоматчиками оказался отрезанным от полка и попал в окружение к немцам. Попытка незаметно выйти из окружения ни к чему не привела, а вступать в бой с превосходящим противником, имея при себе всего семь автоматов с неполными магазинами патронов и один пистолет, означало идти на верную гибель.

Кибаль со своей группой зашел в рощу и, расположившись в воронках от снарядов, стал ждать утра. В дереве был оборудован наблюдательный пункт. Начинался рассвет. Сидя на дереве, Иван Андреевич рассмотрел, что находится на опушке и от немцев его отделяют всего каких-нибудь 400—500 метров. Он видел вражеские батареи, наспех вырытые окопы, дорогу, по которой подходили резервы. Радист доложил, что установил связь. Кибаль сообщил координаты в полк, и шквал огня обрушился на немецкие окопы.

В течение получаса Кибаль переносил огонь с одного места на другое. Вражеская артиллерия стала обстреливать рощу, где был Кибаль, туда же направилась немецкая пехота. Осколком снаряда он был ранен. Сделав наскоро перевязку, лейтенант Кибаль приказал пробиваться к своим.

...Вечером того же дня комсорг Кибаль проводил полковое комсомольское собрание, на котором были приняты в комсомол два радиста и пять автоматчиков, находящихся в окружении вместе с ним.

 

...Дивизия подошла к Днепру. 23 сентября 1943 года разведчики первыми вступили на правый берег Днепра и в течение 12 часов удерживали стометровый участок советской земли, отбитый у врага.

Пробравшись в тыл противника, Кибаль с группой бойцов разведал передний край, уничтожил пулеметное гнездо и взял «языка».

Находясь в подразделениях на самых ответственных участках, в течение двух дней Кибаль вместе с бойцами сдерживал натиск противника, выдержав одиннадцать атак гитлеровцев.

Были такие минуты, что немцы прижимали наших солдат к самому берегу, и казалось, вот-вот сбросят в реку. И только благодаря беспримерному героизму, непреклонной воле бойцов и готовности умереть, но не отступить враг откатывался назад. Ночью на плацдарм, удерживаемый Кибалем, стали переправляться основные части. Плацдарм расширялся, к рассвету весь правый берег на участке дивизии был занят советскими войсками.

Для того, чтобы отвлечь внимание немцев от готовящегося наступления на Киев, надо было создать видимость начавшегося наступления и сковать как можно больше вражеских сил. В семидесяти километрах южнее города такую задачу получил батальон, в котором заместителем командира по политчасти был Иван Кибаль. Командир батальона был накануне ранен, и командование батальоном принял старший лейтенант Кибаль.

 

Основной задачей батальона было вклиниться в немецкую оборону, удержаться, чтобы дать возможность основным силам начать внезапное наступление на направлении главного удара. О начале наступления возвестили «катюши». Немцы не сразу опомнились после ураганного артиллерийского обстрела, и это дало возможность батальону Кибаля без особых усилий преодолеть сопротивление первой и второй линий траншей. А вот на третьей линии батальон был зажат в кольцо. Завязался бой. Противник бросил в атаку десять танков и до батальона пехоты. Но ни один из танков не дошел до траншеи: два были подожжены, один подбит бронебойщиками, а остальные, повернув обратно, скрылись в роще. Пошла в атаку пехота, гитлеровцы шли во весь рост с автоматами.

 

Первая пулеметная очередь расстроила цепи наступающего врага.

«Бить гранатами!» — приказал Кибаль. Он первый бросил в немцев одну за другой пять гранат; его примеру последовал весь батальон, и в миг перед траншеей выросла неприступная стена из земли, огня и металла.

В течение трех дней батальон под командованием Кибаля удерживал отбитые у фашистов траншеи, отвлекая на себя все новые и новые силы противника. Было отбито двадцать восемь вражеских атак, уничтожено девять танков, семь самоходных орудий, несколько пулеметов и убито около тысячи гитлеровцев.

 

За героизм, проявленный в этом бою, Указом Президиума Верховного Совета СССР старшему лейтенанту Ивану Андреевичу Кибалю было присвоено звание Героя Советского Союза.

Добавить комментарий

Защитный код
Обновить